Рубрика: ведьмы

Король Уриен

Это король Горры. В ранних версиях Горра идентифицируется со страной, «откуда нет возврата». Для саг и романов христианского Средневековья никакое прямое упоминание  страны мертвых, кроме ада, не мыслимо. Следы языческих представлений сохранились лишь в описаниях. В эту страну увозит королеву Гвиневеру сын Багдемауса Мелеагант, а Ланселот спасает ее, преодолевая водную преграду, причем не на лодке, а перекинув через поток меч. Предполагается, что это и есть кельтское путешествиев страну мертвых. Горру также соотносят со стеклянным островом кельтских легенд.

Томас Мэлори в своих произведениях называет Уриена в числе королей, выступавших против избрания короля Артура королем Логрии. После разгрома союза королей, выступавших против Артура, Уриен перешел на сторону последнего и принял своего недавнего врага в орден рыцарей Круглого Стола и выдал за него младшую из своих сводных сестер, фею Моргану.

   

Картина Рассела Флинта. Фея Моргана

Уриен служил королю вместе с его воинами, их сын Ивейн обучался вместе с королевскими оруженосцами, а Моргана стала одной из фрейлин королевы.

Однако Моргана завела шашни с молодыми рыцарями, служившими при дворе короля Артура. Она собрала кружок из молодых поклонников, и по склокам среди них, а также по неодобрительным взглядам Уриена становилось ясно, что восхищение рыцарей ею носит небезупречный характер.

С помощью одного из своих многочисленных любовников Акколона она пыталась похитить меч Эскалибур, а также плеле заговоры против Артура, чтобы захватить его трон и отдать страну во власть фей, жителей потустороннего мира. Также она пыталась лишить жизни Уриена, однако сын спас своего отца.

Мрачный от бесчестья Уриен предложил Артуру лишить его жизни, но Артур не согласился. Уриен решил удалиться в свои владения, но король Артур отказался отправить его в ссылку. Уриен был верным человеком и сильным союзником.

В валлийской традиции король Уриен соответствует Уриену, королю Регеда. Валлийский Уриен – историческая личность, правитель королевства Регед со столицей в Карлайле, который в конце своего правления возглавил коалицию бриттских королей против вторжения саксов. Одной из битв Уриена Регедского называют сражение Келс Бервин, которая имела место у римской крепости Бремемиум. Войска коалиции захватили старую римскую крепость Кэтраэт и римские укрепления в Ричмонде. Саксы были полностью побеждены. Однако король Уриен погиб от руки наемного убийцы в Эйбер Ллью.

 

Картина Рассела Флинта. Моргана пытается убить Уриена

Заложные покойники

Особо беспокойными являются умершие неестественной смертью, те кто был не погребен либо погребен не по обряду, а также покойные колдуны и ведьмы.

Мертвые ведьмы и колдуны наделены способностью вставать, днем ведьмы и колдуны спят, а ночью выходят из могил, пугают путников, проникают в дома, нападая на людей. Они пугают и заедают людей. Облик вредоносного покойника могут принять нечистый дух и смерть.

   

Умерших колдунов и ведьм хоронили с целым рядом предосторожностей, зачастую – не по принятому церковному обряду.

К покойникам-еретикам, нападавшим на людей, могут примыкать вероотступники и иноверцы. Еретиками также воспринимаются проклятые злодеи: до разрешения от проклятья они не тленны.

Проклятые люди, заклятые, похищенные нечистой силой, утонувшие после смерти кружатся вместе с лешим, нечистой силой или обитают в доме лешего, подчиняются лесным, водяным духам, превращаются в леших, водяных.

Нечистая сила в церкви

Согласно поверьям, в церкви часто являются сверхъестественные существа, мертвецы и нечистые могут по ночам отправлять в церкви свои службы. Нечистая сила живет при церквях, на кладбищах, мельницах, казенных зданиях, например в училищах.

Сверхъестественных обитателей церкви называют в поверьях церковниками. Данное название отмечено на Русском Севере, и под ним подразумевается покойник, привидение, появляющееся чаще всего на церковной колокольне. Церковник имеет вид старика в белых одеждах или в белой шапке и сходен с колокольным маном. Колокольный ман — это нечистый дух, покойник, появляющийся на колокольне, как правило, в полночь. Колокольный ман может быть покойником из колдунов, греховным человеком, которого не принимает земля. Он может обитать на колокольне, в церкви и на кладбище. Существует легенда о том, как девушка сорвала с мана красный колпак, а покойник пришел к ее дому и начал требовать его. Девушка, уставшая от криков мана, вышла в сени, затем на крыльцо, и протянула руку с колпаком. Однако ман схватил ее за руку и утащил. На следующий день труп девушки нашли возле дома.

   

Куршин А. Никольская церковь

Мертвяки

В русском фольклоре это живые покойники. Мертвяки в поверьях сближаются с покойниками, скончавшимися, но продолжавшими жить людьми. Мертвяки мстят живым из зависти за то, что те сохраняют еще дыхание и теплую кровь и пользуются всеми благами живой жизни. Они, а иногда их образы-бесы приходят в семью, чтобы погубить остальных его членов. Зачастую они приходят к тоскующим женам. Спасти от них может пение петуха или вмешательство другого духа, а также различные обереги. Могилы подозреваемых в ночных хождениях покойников раскапывали, пробивая спины осиновым колом.

Во времена славянского язычества люди также боялись мертвых и чтобы их умилостивить, приносили им требы.

 

Алексей Саврасов. Сельское кладбище в лунную ночь. 1887

Еретики в русском фольклоре

Это умершие колдуны и колдуньи, встающие из могилы. Они сходны по описанию с упырями и вурдалаками. При пении петуха они возвращаются обратно на кладбище. Бродят они весной и осенью. Не попадая в могилы, пробираются через трубы и бани там пляшут.

Облик еретиков повторяет облик живых, обряженных в смертную одежду людей, но наделенных длинными, острыми зубами, железными челюстями, и обладающих способностью стремительно бегать.

Еретики и еретицы преследуют людей, кусают их, пьют кровь, а чаще пытаются загрызть, заесть. Еретики особо опасны ночью, до пения петухов.

Могилы подозреваемых еретиков разрывали, а в покойников вбивали осиновый кол.

Уберечься от еретика можно, начертив на окнах и дверях свечой Страстного четверга кресты, посыпав пол золой, положив на окно кусочек железа. Боится он травы «Петров крест», лутошки, ладана, травы чертополоха.

   

Иллюстрация Валерия Славука

Кундри

Это волшебная посланница Грааля, которая появляется при дворе короля Артура. Ее имя появляется в цикле «Вульгата», в романе Вольфрама фон Эшенбаха, эпосе Альбрехта из Шарфенберга и в опере Вагнера.

Кундри имеет неприятный облик. Она наделена звериными чертами: черные волосы напоминают свиную щетину, нос похож на собачий, изо рта торчат кабаньи клыки, руки покрыты обезьяньей кожей, а вместо ногтей – львиные когти.

Кундри предстает как посланница волшебного замка и наделена магическими способностями: ей ведомы все языки и науки.

Кундри проклинает весь орден Круглого стола за то, что рыцари позволяют находиться в своем обществе Персевалю, который сидел возле короля-Рыбака, видел его страдания и не сжалился над ним.

Образ Кундри, видимо, восходит к Безобразной Ведьме ирландских сказок и легенд, которую если кто осмелится поцеловать, она превратится в прекрасную деву. В романе Вольфрама и произошло такое превращение.

Мотив безобразной посланницы Грааля заимствован из кельтского наследия Ирландии, Британии и Уэльса. Прототип Девы, воплощающей суверенность Ирландии, прекрасной девицы, несущей Грааль в замке Короля-Рыбака, и безобразной Кундри следует искать в кельтском фольклоре. В ирландской легенде Ньяль поцеловал безобразную старуху, которая превратилась в прекрасную женщину.

   

Парсифаль и Кундри. Открытка

И снова о Бабе-Яге

В поверьях крестьян России говорится, что Баба-Яга живет с дочерью Маринкой в болоте, в лесу (в доме на куриных ножках, на веретенной пятке). Она мохнатая, косматая. Одежда на ней белая или как на ели кожа, на голове повойник. В доме она прядет, сидя на брусу.

 

В таком облике Бабы-Яги проглядывают черты лесного, а также стихийного, летающего божества, духа. Она напоминает и обитающих в избе, и прядущих судьбы кикимору и мару, напоминает и ведьму.

Трансформировавшиеся в сказочном образе Бабы-Яги представления о древнем, наделенном универсальной властью божестве отразились  в обликах и целого ряда более специализированных персонажей.

С проявлением земледелия и земледельческой культуры все лесные существа превратились в сплошную нечисть, мать и хозяйка зверей – в злую ведьму, пожирающую детей, а лес становится местом обитания этой нечисти, а также своего рода враждебным потусторонним миром.

Адзуки-баба

В японском фольклоре есть очень опасный демон-ёкай – Адзуки-баба, имеющий вид уродливой старухи, моющей в реке красную фасоль. Она появляется только в сумерки, особенно в туманные и дождливые осенние вечера.

Одета она в белое и поет сиплым противным голосом. Когда люди случайно встречают ее и чудом спасаются после встречи с ней, они рассказывают о жутком белом сиянии, видном сквозь густую пелену тумана.

Встреча с ней заканчивается гибелью людей.

Следует отметить, что белый цвет одежд призраков в японском фольклоре является традиционным для юрэев японской мифологии, призраков умерших людей, погибших насильственной смертью, а также мертвецов, над которыми не было совершенно положенных обрядов, душами вероотступников, которым ни нашлось места ни на земле, ни на небе. Юрэи являются вредоносными духами, которые не найдя покоя, бродят по земле, в надежде на отмщение. Не исключено, что Адзуки-баба может относиться к их категории, так как при жизни могла погибнуть по вине близких ей людей, плохо обращавшихся с ней.

Красная фасоль, которую моет в реке ведьма, тоже может иметь символическое значение. Красный цвет в японской культуре неоднозначен. Он является цветом, обозначающим границы между миром живых и миром мертвых. Примером для этого служат ритуальные врата перед синтоистскими храмами – тории, которые выполняют функции границ между параллельными мирами. В некоторых префектурах Японии этот цвет является цветом преисподней, так как связан с огнем, громом, который породила богиня Подземного царства Идзанами. Сама богиня часто изображается либо в белых, либо в красных одеждах, похожих на полыхающий огонь.

   

Иллюстрация Мэтью Майера

Защита от порчи (сглаза) в русских поверьях

Традиционных средством защиты от порчи (сглаза) было умывание и обрызгивание. Если ребенок кричал и не спал,  то брали солонку, высыпали из нее соль, зачерпывали ею воды, клали три раза по девять щепоток соли, умывал ребенка. Также обмывали скобы у дверей этой водой. Человека, которого сглазили, лечили нечаянным обрызгиванием водой, в которой находились три уголька. Также, чтобы смягчить сердце сглазившего, свечку ставили к иконам вверх ногами.

Следует отметить, что на Руси считали, что сглаз необязательно лечить. Он сам со временем уйдет. Иногда было достаточно сходить в церковь и отстоять службу. Иные же энергоинформационные поражения – порча и проклятье были опасны и снять их было практически невозможно.

   

Вода является при лечении от порчи наиболее частым и необходимым элементом знахарских манипуляций. Воду спускают с креста или иконы, подготавливая для обрызгивания, обмывания, в нее помещали комок глины, камешек, кремень, принесенный с горы Афон или от гроба Господня.  Умывальщицей, как правило, была добропорядочная старушка с хорошей репутацией.

Знание источника порчи содействовало хорошему лечению. Необходимо было добыть лоскут от одежды или клок волос, принадлежащих лицу, сделавшему порчу или сглазившему кого-нибудь. Данные вещи жгли на раскаленных углях, приговаривая, например: «жгу лихие оговоры или дела бабы черноволосой».

Черный цвет в русском фольклоре

Черный – это цвет потусторонних сил, ночи, тьмы, тайны. В поверьях он чаще всего характеризует чертей, Дьявола, а также банника, поэтому черт нередко именуется просто черным. Бесы также изображаются черными и злыми.

В народном мировосприятии к черному нередко приближен темно-зеленый. На иконах, лубках и фресках темно-зеленым цветом изображаются черти и другие обитатели преисподней.

   

Аналогом черного в русском фольклоре является синий цвет. Синим, синеобразным, принадлежащим к «темному» или иному, таинственному миру могли представляться самые разнообразные существа. В житии Андрея Юродивого ангел бел как снег, а черт – синь.